<font color=#000000>Мир после Фукусимы</font>

По данным МАГАТЭ, сегодня 40% электроэнергии в мире вырабатывают ТЭС, работающие на угле, газ дает 18% электричества, нефть — 8%. На «зеленые» источники энергии (ветряки, солнечные батареи) приходится менее 0,5%. Остальное — это АЭС и ГЭС. Сегодня мирный атом дает 29% европейской электроэнергии и 18% североамериканской. Лидерами по доле атомной электроэнергии в стране являются Франция (75,17%), Словакия (53%), Швейцария (40%), Япония (30%), Германия (26,12%). В России, одной из старейших атомных держав, эта величина составляет 18%, а по числу АЭС мы находимся на 4-м месте в мире, уступая США, Франции и Японии. На пятки лидерам наступают новые сверхдержавы — Китай и Индия. Сегодня доля АЭС в их электроэнергетике составляет лишь 1,89% и 2,6% соответственно. Но только в прошлом году КНР начала строительство 9 новых АЭС.

Трубы решают всё

И тут взорвалась «Фукусима-1». Почти сразу самым обсуждаемым вопросом стала тема будущего атомной энергетики. Мнения разделились. Одни горячо выступают против АЭС, требуют их закрытия. Другие, наоборот, говорят о том, что атомной энергетике нет альтернативы и авария на АЭС «Фукусима» — лишь стечение обстоятельств, которое многому научит разработчиков АЭС.

Так есть ли будущее у атомной энергетики?

Казалось бы, после катастрофы на «Фукусиме-1» в Японии, где к вопросам экологии традиционно относятся очень щепетильно, должна была возникнуть стойкая фобия на атомную энергетику. Но странным образом в стране не видно никаких демонстраций ни против действующих АЭС, ни против строительства новых. Нет никаких признаков, что Япония собирается приостановить свою ядерную программу. Полсотни японских реакторов продолжают свою работу.

Более того, сегодня в правительстве Японии всё чаще говорят о том, что необходимо пересмотреть решение о закрытии самой «Фукусимы-1». Обсуждается возможность восстановления 2 из 4 пострадавших энергоблоков и строительства двух новых к 20122015 годам. К 2020 году должны появиться ещё 9 новых станций, а к 2030-му — 14.

Заметим, что эти разговоры идут в то время, когда аварийно-восстановительные работы на аварийной станции ещё чрезвычайно далеки от завершения. Насколько жизненны эти планы, сегодня судить сложно, но, по большому счёту, альтернативы у атомной энергетики у Японии нет. Нефть и газ в Японии завозные, и их использование сделает японскую экономику не только полностью зависимой от них, но и просто неконкурентной.

Пик атомной фобии пришёлся на Северную Европу и, особенно, на Германию, где позиции «зелёных» традиционно прочны. Германия заявила о проверке безопасности 17 реакторов, а 7 из них решила остановить навсегда. Судьба оставшихся 10 туманна. В отдаленной перспективе их также предполагается вывести из эксплуатации по мере выработки ресурса. Компенсировать АЭС немцы хотят возобновляемыми источниками энергии — приливными станциями, ветрогенераторами, солнечными генераторами и тому подобными «альтернативами». Но их мощностей хватит лишь для бытовых целей. Промышленные же объёмы смогут обеспечить только газопроводы и нефтепроводы.

При этом совершенно иная позиция у Франции.

Девятнадцать французских АЭС производят до 79% электроэнергии в стране, всего во Франции работает 56 реакторов. На площадке АЭС «Фламанвилль» недалеко от Шербура идет строительство реактора третьего поколения — EPR. И, несмотря на аварию на АЭС «Фукусима», Франция не намерена отказываться от атомной энергетики.

«Франция выбрала атомную энергетику, которая является основным фактором энергетической независимости страны и борьбы против выбросов парниковых газов», — сказал Саркози на заседании Совета министров Франции.

По его словам, во всем мире признаны «техническое превосходство, строгость, независимость и прозрачность систем безопасности» французских электростанций.

«Мы извлечем уроки из аварии на АЭС „Фукусима“ и полностью пересмотрим системы безопасности наших АЭС. Эта работа будет обнародована, правительство гарантирует это. Кроме того, Франция полностью поддерживает подобные действия на европейском уровне», — добавил Саркози.

Фактически сегодня отношение стран к атомной энергетике определяется лишь одним фактором — наличием и доступностью углеводородов.

Там, где нефть и газ добываются или текут по трубам, АЭС отведена второстепенная роль. Страны же, у которых нет своих источников нефти или газа и для которых импорт углеводородов по тем или иным причинам является невыгодным, главную ставку делают на атом.

Россия на перепутье

У России в таком разделении энергетики — некая срединная позиция. Технологические успехи СССР, ещё 60 лет назад создавшей атомную промышленность, позволили создать развитую систему АЭС, хотя имеющиеся запасы углеводородов дают нам возможность полностью отказаться от этого вида энергии. И, как следует из Энергетической стратегии страны, в ближайшие 30 лет основной упор будет сделан именно на развитие газовой электроэнергетики. Но это сейчас, пока месторождения углеводородов позволяют России покрывать свои потребности за счёт традиционных электростанций.

Однако любой школьник знает, что запасы нефти на планете ограничены и уже через полвека начнут истощаться. Газа — больше, но и он не бесконечен.

Первое место среди углеводородов по запасам принадлежит углю. Его, по расчетам специалистов, хватит на сотни лет производства электроэнергии. Но сжигание угля ведёт к стремительному росту выбросов диоксида углерода и диоксида серы, стремительно ускоряя парниковый эффект. Альтернативная энергетика находится в зачаточном состоянии. КПД существующих систем несопоставим с затратами по их созданию, кроме того они непостоянны и зависят от погодных факторов. А кроме того, слишком дороги и малонадежны.

Все эксперименты по термоядерному синтезу пока не привели к серьёзному прорыву, и нет причин считать, что в ближайшее десятилетие ситуация здесь изменится.

При этом почти все эксперты в один голос предрекают взрывной рост спроса на электричество.

С каждым годом число устройств, потребляющих электричество, увеличивается. Только для того, чтобы перевести на электродвигатели весь мировой автопарк, потребуется дополнительная мощность, равная производству всех 440 атомных энергоблоков, существующих сегодня в мире.

Поэтому, по большому счёту, альтернативы развитию атомной энергетики сегодня не существует.

Вопрос заключается только в том, какие станции строить. Точнее, насколько совершенными будут атомные станции будущего?

Действующие станции работают на уране-235, чьи запасы на планете чрезвычайно ограничены и иссякают ещё быстрее, чем запасы нефти. Поэтому традиционные станции фактически не имеют будущего. Но на планете есть ещё один изотоп урана — 238-й, чьи запасы мало уступают запасам угля. До сих пор на АЭС он практически не использовался, поскольку не обеспечивает самоподдерживающейся ядерной реакции. Однако ещё 30 лет в СССР под уран-238 был разработан принципиально новый реактор БН-600 на Белоярской АЭС — так называемый «реактор на быстрых нейтронах». Сейчас заканчивается разработка нового реактора на быстрых нейтронах БН-800. С началом его производства атомная энергетика России выйдет на принципиально новый уровень.

Ядерная энергетика — одна из немногих высокотехнологичных отраслей, где Россия занимает передовые позиции. Рынок атомной энергетики будет только расти: в очередь на строительство АЭС выстраиваются всё новые страны.

Глава Росатома Сергей Кириенко считает, что урок «Фукусимы-1» для России как раз и состоит в том, чтобы ускорить создание новых типов реакторов и быстрее уходить от реакторов предыдущих поколений. Солидарен с ним и Президент России Дмитрий Медведев: «Нужно не столько продлевать ресурс уже существующих станций, сколько сооружать новые». Осталось только дождаться исполнения этого обещания…

Владислав СМОЛЕНЦЕВ