<font color=#B63825>Профессиональная армия России - упущенная перспектива</font>

Еще в своем февральском интервью телеканалу РТР Министр обороны России высказал свою позицию по поводу того, какими должны быть Вооруженные Силы Российской Федерации. По мнению министра, полностью отказываться от комплектования воинских частей военнослужащими по контракту нельзя, но и содержать полностью контрактную армию тоже невозможно. На это банально нет денег. Также господин Сердюков в этом интервью озвучил то, что все должности специалистов (связистов, радиоэлектронщиков и так далее), помимо сержантских должностей, должны быть укомплектованы «военными профессионалами», то есть военнослужащими по контракту.

Военная служба по контракту — это одна из наиболее обсуждаемых составляющих современных Вооруженных Сил Российской Федерации. Споры о необходимости этого института военной службы и то, каким он должен быть, продолжаются вот уже более 18 лет, то есть с момента создания Вооруженных Сил Российской Федерации. До середины 2000-х годов шел спор вообще о целесообразности создания контрактной армии и ее преимуществах по сравнению с армией, укомплектованной военнослужащими по призыву. Начиная с 2006 года, то есть с начала действия федеральной целевой программы «Контрактник», обсуждалось только то, какой должна быть контрактная армия и сроки полного перехода Вооруженных Сил России на контрактную основу. Но в 2008 году споры вспыхнули с новой силой и получили большой общественный и политический резонанс.

Первая идея о том, что пора переходить на контрактную армию, возникла еще в СССР. Выдвинул ее в 1982 году маршал Советского Союза Н.Огарков, который на тот момент являлся начальником Генерального Штаба Вооруженных Сил СССР. Согласно его предложениям в составе Советской Армии необходимо было создать общевойсковые бригады, которые должны были быть полностью укомплектованы профессиональными военными, эти бригады должны были составлять армию мирного времени.

На случай начала большой войны в составе Советской Армии должны были быть части и соединения, которые разворачивались по мобилизации. План Н.Огаркова не предусматривал полного отказа от призыва на военную службу. Согласно этому плану призывниками должны были укомплектовываться учебные части и соединения. Срок призыва должен был быть сокращен до 1,5 года, в течение которых военнослужащий по призыву должен был получить военно-учетную специальность и совершенствоваться в своих профессиональных навыках и умениях. По окончанию службы военнослужащий либо уходил в запас, либо становился профессиональным военнослужащим, продлив свой срок службы.

В результате политических игр на высшем уровне Н.Огарков был снят с должности начальника Генерального Штаба, и от реализации этого плана пришлось отказаться. Но как ни удивительно, распад СССР позволил реанимировать этот план. В 1992 году Н.Огарков, будучи уже в запасе, стал советником Министра обороны России. В 1993 году, при начале реформирования Вооруженных Сил России, Министр обороны П.Грачев одним из основных постулатов организации Вооруженных Сил объявил то, что они должны первоначально комплектоваться по смешанному принципу, а в последующем перейти полностью на комплектование профессионалами.

Именно с этого момента и возникло такое понятие, как «военная служба по контракту» и «контрактник».

Это решение было закреплено в Постановлении Правительства России и указе Президента России в 1993 году. Но экономические реалии СССР не позволили осуществить эти решения.

Безвременье

В 1994 году началась первая «чеченская» война, которая привела к политическому кризису в России и последующей отставке П.Грачева с поста Министра обороны. Несмотря на такие печальные последствия этого конфликта, а также на неоправданно высокие потери среди военнослужащих федеральных сил, для руководства страны стало ясно, что решение о переходе на контрактную службу спасет Вооруженные Силы России в дальнейшем от повторения такого негативного опыта. Но позволить полностью профессиональную армию Российская Федерация на тот момент себе не могла, сказывались экономические проблемы. В 1996 году было решено, что переход на контрактную армию начнется постепенно с частичного укомплектования ряда должностей военнослужащими по контракту. В первую очередь должны были укомплектовываться должности командиров отделений и заместителей командиров взводов (и им равных), а также водителей, механиков-водителей и так далее, то есть наиболее важных для Вооруженных Сил должностей. К сожалению, ни руководство Министерства обороны, ни правительство России не смогли обеспечить достойный уровень денежного довольствия контрактникам. На тот момент Россия находилась в глубоком экономическом кризисе, денежное довольствие военнослужащим не выплачивалось по полгода. Поэтому нет ничего удивительного, что даже постепенный переход на контракт провалился.

Ситуацию спасла вторая «чеченская» война, которая началась в 1999 году с вторжения боевиков в Дагестан. Опасаясь повторения опыта первой «чеченской» войны, правительство России и руководство Министерства обороны приняли решение о переходе воинских частей и соединений, привлеченных к проведению контртеррористической операции, на контрактный способ комплектования.

Под угрозой очередного политического кризиса, который назревал из-за начавшихся потерь среди военнослужащих по призыву, у правительства нашлись деньги на достойное денежное довольствие для военнослужащих по контракту, участвовавших в боевых действиях.

В 2003 году активная фаза контртеррористической операции была завершена, основная масса частей и соединений, привлеченных к операции, покинули территорию Чечни. Большинство из них были укомплектованы на 100% военнослужащими по контракту. Буквально через 2–3 месяца после вывода военнослужащих основная масса «контрактников» уволилась по собственному желанию. Причин этого две.

Во-первых, вывод из Чечни означал то, что военнослужащим прекращали платить надбавки за боевые действия, и в пункте постоянной дислокации их денежное довольствие превращалось в жалкий мизер. Во-вторых, Министерство обороны не смогло обеспечить всех желающих продолжить службу по контракту нормальным жильем (в лучшем случае, вернуть обратно в казарму), а также социально-бытовыми условиями семьи «контрактников». К 2004 году все вернулось к тому, как было в 1999 году, перед началом войны.

Но правительство России и руководство Министерства обороны получило положительный опыт, да и экономическая ситуация в стране значительно улучшилась.

Федеральная целевая программа «Переход частей постоянной готовности на контрактный способ комплектования» началась в 2005 году. В соответствии с замыслом этой программы ряд частей и соединений постоянной боевой готовности должны были быть укомплектованы не военнослужащими срочной службы, а военнослужащими по контракту. На территории этих частей и соединений создавалась новая инфраструктура, казармы перестраивались под систему общежитий, но не с отдельными комнатами, а с кубриками на 3–5 человек. Кроме этого, в программу было заложено улучшение не только бытовых условий жизни военнослужащих, но и создание нормальных условий для жизни семей военнослужащих. В гарнизонах должны были быть построены школы, детские сады, дополнительные магазины, а также должно было начаться строительство жилья для военнослужащих по контракту и их семей.

Первой на контракт должна была перейти 76-я гвардейская воздушно-десантная дивизия. В Сухопутных войсках первым соединением, которое вошло в ФЦП, стала 42-я гвардейская мотострелковая дивизия, дислоцировавшаяся в Республике Чечне.

«Новый облик»

Казалось бы, что за 13 лет Министерство обороны получило достаточный опыт в том, что необходимо сделать для успешного перехода на контрактный способ комплектования. Как показали дальнейшие события, это было не так. В скором времени стало ясно, что денежное довольствие, которое платится военнослужащим по контракту, даже с учетом тех дополнительных выплат, которые были определены для частей постоянной готовности, комплектуемых военнослужащими по контракту, оказалось недостаточным.

Руководство Министерства обороны спешило выполнить программу и отчитаться. Основным критерием успешности программы стала укомплектованность части личным составом. Для частей постоянной готовности укомплектованность определена как не менее 95% личного состава, поэтому часть, которая успешно перешла на контракт, должна была быть не менее чем на 95% укомплектована контрактниками. Но учитывая, что за прошедшее время Министерство обороны так и не смогло, кроме новых казарм, создать нормальные бытовые условия, контрактники побежали. Укомплектованность падала, а руководство Министерства обороны жестко требовало результатов от командования округа, а округ, в свою очередь, всеми способами добивался показателей от командования частей и военных комиссариатов.

Несмотря на утверждения Министра обороны В.Иванова, который в то время занимал этот пост, что основу контрактников составляют военнослужащие по призыву, которые уже в частях заключили контракт, это было неправдой. Основу контрактников (более 75%) составляли граждане, ранее отслужившие и прибывшие из запаса, которые были призваны военными комиссариатами на основании их рапорта о желании служить по контракту. Видя, что программа на грани срыва, для создания видимого благополучия руководство Министерства обороны запретило увольнять военнослужащих по контракту из частей. Сложилась парадоксальная ситуация, когда хронический алкоголик, который не прибывает на службу, продолжает служить и получать деньги, а документы на его увольнение не подписываются.

2006 год был критическим для ФЦП. Казалось, что программа закончится полным провалом, а деньги уйдут в никуда. К концу года ситуация начала радикально меняться. В начале 2007 года поток увольняемых начал снижаться. К этому времени в основном уже наладились бытовые условия у семей военнослужащих по контракту, кто-то получил служебное жилье, кто-то начал снимать его в городах.

Кроме того, после отказа от выплат так называемых «пайковых денег» и внесение их в денежное довольствие военнослужащих вырос и уровень доходов военнослужащих. Прошедшие зимой 2007 — весной 2008 года в ряде частей и соединений батальонные, полковые и бригадные учения с боевой стрельбой показали, что боевая выучка военнослужащих по контракту находится на высоком уровне.

Роковой для частей и соединений, комплектуемых по контракту, стала война 8 августа 2008 года.

Если быть объективным, то она послужила только поводом для начала масштабных реформ в Вооруженных Силах России.

Первые проекты «нового облика» появились в конце 2007 — начале 2008 года. Первым пунктом в планах реформаторов стоял отказ от контрактных частей и соединений. Почему так? По мнению нового Министра обороны, эти части и соединения требовали слишком много денежных вложений, кроме денежного довольствия еще и создание, и совершенствование инфраструктуры, а также улучшение бытовых условий. В этой ситуации сработал чистый экономический расчет — «лучше побольше, подешевле, но не так эффективно, чем дороже — меньше, но очень эффективно». Однако при этом снижается эффективность армии, а самое главное, нарушается основной постулат, на который ориентировалось руководство страны: «воюют контрактники, срочники могут быть привлечены к боевым действиям только в крайних условиях». Экономика победила. Вот почему так старались создать контрактную армию — чтобы не допустить повторения первой «чеченской» войны, когда большие потери военнослужащих по призыву привели к отставке Министра обороны и к политическому кризису в стране.

В «новом облике» от дивизий отказались, а на основе расформированных дивизий было решено создать танковые и мотострелковые бригады. Основой для формирования этих бригад стали контрактные полки. Но бригады «нового облика» по количеству личного состава превышали полки и бригады «старого облика». К примеру, мотострелковый полк — это 2200–2500 человек, танковый полк — 1200–1400 человек, мотострелковая бригада «нового облика» — 4300–4500 человек, танковая бригада — 2200 человек. Откуда взять личный состав для доведения численности до нового штата? Возможных вариантов было три. Первый вариант — обратить на это весь наличный состав из расформируемых дивизий и других частей и соединений. Второй вариант — объявить дополнительный набор на контракт. Был еще и третий вариант — за счет уже сформированных контрактных частей и соединений, объединив их, создать новые соединения уровня «бригададивизия», полностью контрактные.

Проанализировав ситуацию и посчитав денежные возможности, руководство Министерства обороны пришло к первому варианту, так как он был наиболее экономичный и позволял в дальнейшем избавиться от контрактных частей. К 2010 году количество военнослужащих по контракту должно было составить не более 5% от личного состава каждой воинской части.

Это цифра была экономически обоснована. Как объясняло это Министерство обороны, делается это для того, чтобы за счет сокращения расходов на контрактников на должностях рядовых увеличить количество контрактников на должностях сержантов и старшин и тем самым укомплектовать все сержантско-старшинские должности профессиональными сержантами.

Но весенний призыв сорвал все планы Министра обороны России.

Он показал, что все расчеты по переходу с контрактников на срочников были ошибочными. Несмотря на то, что были отменены ряд отсрочек от военной службы, а также было разрешено призывать на военную службу граждан с погашенными судимостями, Вооруженные Силы недополучили более 25% от планировавшегося количества призывников. Стало ясно, что планы по избавлению от контрактников до 2010 года преждевременные. Более того, в ряде бригад началось массовое разукомплектовывание техники.

Ущерб составлял более 10 миллионов рублей, к расследованию фактов хищения частей и деталей с боевой техники были привлечены представители как военно-следственного управления, так и ФСБ.

Как выяснилось, этими противоправными действиями занимались военнослужащие по призыву, которые были ранее судимы. Они создали преступные группы, которые и занимались похищением деталей и запасных частей с их последующей реализацией.

Призывы 2009 — весны 2011 годов ситуацию не улучшили, несмотря на «гуманизацию». Министерство обороны продолжает недобирать необходимое количество призывников. Все чаще и чаще укомплектованность личным составом в бригадах падает ниже 95% и опускается до 75–80%.

Вывод из сложившейся ситуации очевиден: Министерство обороны своими действиями искусственно ввело Вооруженные Силы России в состояние 1993 года, когда формально контрактники должны были быть и была большая необходимость в них, а в реальности ничего не было. Получается, что все, что было создано за предыдущие годы, было уничтожено за 2 года. Сейчас Министерство обороны судорожно пытается улучшить ситуацию, но пока безрезультатно. Самое удивительное то, что в отличие от 1993, 1996 и 1998 годов экономическая ситуация в стране позволяла успешно завершить ФЦП положительно и получить полноценную профессиональную армию, но это не было реализовано. Наоборот, все было сделано, чтобы уничтожить все созданное.

Алексей ГАЙДАЙ