<font color=#96451F>НЕ НУЖЕН НАМ БЕРЕГ ТУРЕЦКИЙ!</font>

Начало XXI века, «благословенное правление» Путина, подверстанное под исторический максимум цен на углеводороды, «Россия встает с колен». Как итог — непомерно возросшие внешнеполитические амбиции вкупе с намерением напомнить всему миру, что «есть еще порох в пороховницах». Весь этот бульон немедленно вырождается в попытки поиграть мускулами за пределами собственных границ путем «макания сапог в Индийском океане» разной степени интенсивности.

И вот уже Россия вновь рассылает по миру свои войска — пока еще только флот и бомбардировщики стратегической авиации, а также, весьма вероятно, военных советников — от которых наше правительство вновь готово откреститься в случае чего, как это не раз бывало раньше. Бросок десантников на приштинский аэропорт, осуществленный при Ельцине, оказался лишь затравкой. После этого последовали Южная Осетия и Абхазия, возвращение на среднеазиатские базы, попытка влезть в Ливию, а теперь вот еще и в Сирию. В этой стране пока нет российского военного контингента, однако наша взбалмошная дипломатическая поддержка провалившегося режима Башара Асада выглядит не менее агрессивной, чем иное военное присутствие.

Но для чего нам все это? Зачем из раза в раз Россия наступает на те же грабли? Что дает нам каждая новая поддержка сомнительного режима в тысячах километров от наших границ, кроме ощутимых экономических издержек, серьезных дипломатических трений с другими державами и в целом — общей головной боли, которая становится особенно острой после того, как очередной спасенный нами режим благодарно предает нас и переходит на сторону геополитических конкурентов?

Всем уже ясно, что все попытки исторической России заняться обустройством чужих земель, все наши старания поиграть в так называемую «Большую игру» с другими центрами силы, наше бряцание оружием за периметром собственных границ неминуемо приводят нас к досадному убытку, даже когда мы реально сильны, и завершаются нашим фатальным разгромом, когда мы, как сегодня, все еще являемся полунезависимым государством, вынужденным таскать из огня каштаны для наших всесильных «партнеров».

Давайте начнем с самого очевидного: с нашего недавнего — трехсот лет, думаю, хватит — прошлого. В середине XVIII века, как только Россия начала представлять собой хоть что-то на карте Европы, она занялась самым неблагодарным занятием в истории — игрой в европейскую politique.

Едва ли не самый первый пример подобного рода обернулся для нас грандиозным пшиком — речь, разумеется, идет о Семилетней войне. В которой несколько лет подряд наши бравые солдатушки брали одну прусскую крепость за другой для того только, чтобы взошедший на престол Петр III немедленно возвратил все захваченное своему кумиру, Фридриху II. Следующая наша выходка — трехкратное участие в разделах Польши привела лишь к тому, что нас возненавидели собственно поляки — ну и присоединенные к России евреи, заодно. Отечественная война 1812 года стала всего лишь еще одним печальным примером нашего редкого умения неправильно выбирать себе друзей: наше маниакальное упорство слыть в друзьях у Англии и воевать за ее интересы обернулось сожжением Москвы и занесением отравы либерализма на онучах русских солдат, вернувшихся домой из европейских «освободительных походов».

Сразу за тем наша «европейская политика» свелась к заведомо невыигрышной роли «жандарма Европы». Как результат: через четыре десятка лет после наполеоновских войн бывшие злейшие враги, Англия и Франция, объединились для маленькой победоносной войны в русском Крыму.

Вскоре, однако, наше отступление сменилось новым натиском — столь же, впрочем, бесплодным, как и все предыдущие. На Балканах мы принялись лихорадочно освобождать всевозможных «братушек», вроде болгар, — которые оказались настолько благодарны нам, что в двух последующих мировых войнах воевали против своего благодетеля. Тогда же, во второй половине XIX века, мы так и не увидели креста на Святой Софии — зато по полной вляпались в изматывающие войны с Турцией.

Первая мировая война превратилась в кошмарное дежавю событий столетней давности: Россия вновь воевала за чужие интересы и против своих природных союзников в лице континентальных держав, Германии и Австро-Венгрии. Разумеется, наш союзник Антанта не забыла русских благодеяний — и сразу после революции 1917-го осчастливила нас интервенцией.

Казалось бы, сплошная череда поражений и несчастий?

Но это были еще цветочки. Весь советский период наша внешняя политика являлась чередой какой-то неистовой буффонады, игрой в поддавки с самими собой. Во Вторую мировую мы освободили пол-Европы — и сегодня именно эта часть Старого Света представляет собой наиболее одиозную русофобскую свору на всем Западе. Венгрия-56 и Чехословакия-68 до сих пор преследуют нас, как кошмары.

Афганская авантюра настроила против нас весь исламский мир, включая углеводородный Ближний Восток, — тот обрушил цены на нефть, а вместе с ними и советский режим.

И, наконец, сегодня — когда, казалось бы, уже всем очевидна зияющая фатальность нашего внешнеполитического гонора, мы вляпываемся по новой. Наша дружба с «несостоявшимися государствами», с политическими фриками всех мастей — от северокорейского царька до латиноамериканских диктаторов — превращает нас самих в часть «Оси Зла».

Кто у нас в друзьях, в самом-то деле? Куба, Северная Корея, Беларусь, Иран, Венесуэла, Сирия, до недавнего времени — Ливия… Бррр!.. И, как всегда, ноль отдачи, сплошные издержки. Мы сами на глазах превращаемся в мировых изгоев — но зачем? Кому это нужно?

Если кто-то считает, что автор придерживается сугубо либерального подхода к проблеме, что он — проамериканский наймит и даже антигосударственник, то спешу разочаровать. Быть прагматиком — означает не только считать копеечку и требовать справедливой игры в отношениях с нашими «младшими партнерами», привыкшими вылезать на русском горбу из собственных заварушек. Быть прагматиком — это значит еще и трезво оценивать существующее положение дел в самой России. А оно таково: мы до сих пор — полусуверенная страна. Да, наши внешнеполитические амбиции, как их проговаривает Кремль, велики. Но соответствует ли им наша реальная, прежде всего экономическая, сила? Нет!

Где хранятся наши деньги? На Западе. Чем, по сути, является наш Центробанк? Филиалом американской ФРС, поддерживающим курс доллара. Куда давным-давно перебралась наша элита вместе с детьми, гувернантками и лошадьми? На Запад. Так как же можно в подобных условиях всерьез рассуждать о какой-то нашей геополитической независимости?

Неужели кому-то до сих пор не очевидно, что все наши, на первый взгляд, отчаянно смелые шаги на внешнеполитической арене — это не более чем миф, дежурная реплика «доброго следователя» в глобальной инсценировке, прописанная роль статиста в чужой игре?! Или кто-то правда верит в то, что полуколониальная страна, побежденная в Холодной войне, способна всерьез отстаивать «независимую позицию по Сирии», например? Да откройте же глаза!

Мы поддерживаем Асада лишь потому, что общая напряженность ситуации вокруг Сирии выгодна Западу, что наша роль «хорошего» (для Асада и Ирана) или «плохого» (для Европы и Израиля) парня предначертана в том глобальном сценарии, который, как по нотам, разыгрывается нынче на Ближнем Востоке и который имеет целью вовсе не усиление позиций России.

А вот там, где без подобной игры можно обойтись — например, в Афганистане, — все выглядит куда как более честно. Понадобилась американцам база в Ульяновске — извольте! И сколько бы дальше русские ни ныли по поводу наркотрафика или расползания исламистской угрозы, американцы, как истинные хозяева положения, будут сидеть в Афганистане столько, сколько понадобится. Россия же, «вставшая с колен», годится здесь разве что для сочинения небылиц в духе «руками Америки мы сдерживаем моджахедов». Кого-кого мы сдерживаем? Поинтересуйтесь лучше мнением Душанбе и Ташкента на этот счет.

Хочу, чтобы стало окончательно ясно. Я сам, в определенном смысле, империалист. Я готов поддержать расширение нашего «жизненного пространства», если в этом возникает настоятельная необходимость. Но я не желаю превращаться в клоуна, доказывающего серьезность наших внешнеполитических амбиций, до тех пор, пока вся экономика России сводится к содержимому трех-четырех магистральных трубопроводов, а компрадоры во власти продолжают скупать недвижимость по обеим сторонам Атлантического океана.

Если уж для нас сегодня так необходимо куда-то лезть — не лучше ли брать пример с Китая (коль скоро подражать «загнивающему» Западу нам претит славянофильская гордость)? Спокойно, молча, неторопливо, без лишней суеты и бравурности, без громких всхлипов и пафосных рыданий, Поднебесная сегодня скупает одну за другой страны Африки, Азии и Латинской Америки. Не посылая туда солдат, советников или вооружение. Не прощая долги и не даря миллиардные кредиты дискредитированным режимам. Не строя им на халяву заводы, дороги и больницы. Не обучая за бесплатно «детей трудового народа» из этих скопищ первобытного мрака. А методично колонизируя их, приобретая за бесценок предприятия, карьеры, шахты. Эксплуатируя туземцев почище любых европейских «плантаторов». Железной рукой ввергая подчиненные народы в орбиту своего, китайского, влияния.

Вот у кого хорошо бы поучиться — а не у нашего провального, слишком уж чистоплюйского и прекраснодушного, прошлого. Со всеми его Софиями, братушками, прогрессивностью, освободительной борьбой против эксплуататоров и прочими «луисами корвалолами».

Игорь МАЛКИН