ЗАРОЖДЕНИЕ ВОЕННО-МОРСКОЙ ТЕРАПИИ В РОССИИ
Становление военной и военно-морской медицины в России связано с именем Петра I. 20 июля 1706 года он издал специальный указ «Об устройстве медицинской части в войсках». Еще ранее, в 1700 году, лейб-медик Иван Лаврентьевич Блюментрост по личному распоряжению Петра I составил руководство по медицинскому обеспечению войск «Практический трактат, ставящий лагерного врача блюстителем здравия в Московском войске», в котором были отражены указания по санитарно-гигиеническому обеспечению войск и лечению «войсковых» болезней и боевых ранений.
По указу Петра Великого в 1707 году была сооружена «Московская гошпиталь», а в 1715 году в Санкт-Петербурге и в 1717 году в Кронштадте основаны адмиралтейские военно-морские госпитали. При них были открыты медико-хирургические (госпитальные) школы для подготовки лекарей «из природных россиян». Первые три выпуска школы Московского госпиталя были в полном составе направлены на Балтийский флот. В 1786 году госпитальные школы были преобразованы в медико-хирургические училища, а в 1798 году были созданы Медико-хирургические академии в Санкт-Петербурге и Москве. В то время в госпиталях флота трудились многие выдающиеся деятели отечественной медицины, в том числе Д.П. Синопеус, А.Г. Бахерахт, Д.С. Самойлович, М.Я. Мудров.
Демьян Петрович Синопеус с 1730 года служил в Российском военно-морском флоте, был главным доктором Кронштадтского военно-морского госпиталя, а позднее «доктором корабельного флота». В 1734 году в Санкт-Петербурге он издал монографию «Описание болезней моряков», в которой привёл врачебные наблюдения о заболеваемости и смертности русских матросов и высказал предположение, что заболеваемость моряков во многом определяется условиями их службы. Годом позже в Кронштадте издан другой труд Д.П. Синопеуса — «О цинге». Эти книги получили высокую оценку в научных кругах России.
Андрей Гаврилович Бахерахт, голландец по происхождению, родился в Петербурге и прожил всю жизнь в России. Он окончил медицинскую школу при Петербургском сухопутном госпитале и медицинский факультет Лейденского университета. С 1776 года на протяжении 24 лет он был главным доктором Балтийского флота. А.Г. Бахерахт в 1780 году издал в Санкт-Петербурге первое отечественное руководство по военно-морской медицине «Способ к сохранению здоровья морских служителей и особливо в Российском флоте находящихся». В этой книге он справедливо отмечал, что «большая часть причин корабельных болезней могут быть надлежащими предохранительными средствами нередко совсем отвращены или по крайней мере облегчены».
Спустя три года А.Г. Бахерахт издал первую морскую фармакопею, на титульном листе которой было начертано «Аптека для Российского флота или роспись всем нужным лекарствам, коих по ранту корабля до шести месяцев вояжа в корабельном ящике иметь должно».
В 1809 году старейшей высшей медицинской школой России — Московским университетом была издана актовая речь под названием «Слово о пользе и предметах военной гигиены или науки сохранять здоровье военнослужащих». Эта небольшая, но написанная с глубоким пониманием специфики характерных для армии заболеваний, книга дважды переиздавалась.
Автором её был профессор Матвей Яковлевич Мудров.
До прихода в Московский университет он служил в терапевтических отделениях гарнизонных госпиталей Москвы и Вильно и в Санкт-Петербургском адмиралтейском госпитале. Клинические наблюдения «военной патологии», а также знакомство М.Я. Мудрова с иностранной военно-медицинской литературой привели его к заключению об огромной важности военной гигиены для армии и о своеобразии «армейских болезней». Российские терапевты с полным основанием считают учёного-терапевта М.Я. Мудрова основоположником военно-полевой (морской) терапии.
Гениальным учеником М.Я. Мудрова был Николай Иванович Пирогов — основатель военно-полевой хирургии, внёсший большой вклад в организацию терапевтической помощи. А в свою очередь под руководством Н.И. Пирогова в Симферопольском военном госпитале работал юный Сергей Петрович Боткин, оказывая помощь раненым и больным матросам и солдатам.
Во время Русско-турецкой войны 1877–1878 г. С.П. Боткин — уже известный профессор Военно-медицинской академии, много сил отдавший организации терапевтической помощи в войсках. Передовые идеи Н.И. Пирогова и С.П. Боткина явились основой для дальнейшего развития военно-полевой и военно-морской терапии.
Большое значение для флота и военно-морской медицины имела деятельность Кронштадтского военно-морского госпиталя. Более 15 лет его возглавлял В.И. Исаев (1854–1911), являвшийся, кроме того, медицинским инспектором порта. Ему принадлежит знаменитое выражение: «жизнь стремительно мчится вперёд, спешите трудиться». Он много работал в области микробиологии, эпидемиологии чумы, биологии моря. Благодаря его колоссальной энергии Кронштадтский госпиталь был превращён в передовое лечебно-диагностическое учреждение своего времени.
Военно-морская медицина в период Русско-японской войны пополнилась знаниями об отравлениях пороховыми газами, переохлаждениях при длительном пребывании в морской воде, тепловых ударах, действии взрывной волны в воде на организм человека. В ходе сражений российские морские врачи приобрели опыт организации медицинского обеспечения флота в боевых условиях. После обстрела японским флотом Владивостокского военно-морского госпиталя в короткие сроки был сооружён и начал функционировать первый в мире подземный госпиталь.
К Первой мировой войне военно-морской флот пополнился ещё более мощными военными кораблями:
броненосцами, линейными крейсерами, крупными эскадренными миноносцами, подводными лодками.
Значительно возросло количество боевой техники и изменились условия службы на кораблях. Во время войны на флоте резко возросла численность не только раненых, но и больных. Это потребовало увеличения числа лечебных учреждений и коек в морских госпиталях.
Структура заболеваний терапевтического профиля на флоте была разнообразной: помимо участившихся инфекционных внутренних болезней, на кораблях часто возникали отравления углекислым и угарным газами (имевшиеся противогазы не полностью предохраняли от отравлений). Применение боевых отравляющих веществ в годы Первой мировой войны поставило флотскую медицину перед проблемойу оказания помощи поражённым во время газовых атак.
На флоте впервые стали проводить некоторую специализацию лечебных учреждений для лечения терапевтических, инфекционных и хирургических больных.
Однако удовлетворительной системы лечебно-эвакуационного обеспечения в то время не имелось.
Начиная с 1920-х годов на базе развивавшейся тяжёлой индустрии строился и новый военно-морской флот. В последующее десятилетие были созданы и оснащены передовой техникой Северный и Тихоокеанский флоты. Совершенствовалось и военно-медицинское образование. Один из крупных организаторов медицинской службы профессор Военно-медицинской академии Б.К. Леонардов выдвинул и обосновал идею дифференцированной подготовки врачей для различных видов Вооруженных Сил, в том числе для Военно-Морского флота. В 1938 году был открыт Военно-морской факультет при 1-м Ленинградском медицинском институте имени академика И.П. Павлова, а в 1940 году — Военно-морская медицинская академия, ставшая учебным и научным центром, объединившим все виды подготовки врачебных кадров флота.
Военно-морская медицинская академия образовалась на базе одной из старейших Санкт-Петербургских больниц — Обуховской, имевшей всемирную известность. Репутация первоклассного лечебного учреждения сохранялась за этой больницей на протяжении всей истории её существования. Частный, но убедительный пример: 25-летний профессор Дерптского университета Н.И. Пирогов, случайно задержавшийся в 1835 году в Санкт-Петербурге, направился прежде всего в Обуховскую больницу, о которой «более всего слыхал». Все выдающиеся успехи Н.И. Пирогова были связаны с Обуховской больницей: она стала первой из городских лечебниц, где им был апробирован эфирный наркоз, она же послужила основной базой для изучения патологической анатомии азиатской холеры, на материалах больницы создавался атлас топографической анатомии.
Опыт работы медицинской службы во время Советско-финляндской войны (на Карельском перешейке, Балтийском море и Ладожском озере) показал, что возникла необходимость обоснования научной доктрины военно-полевой (военно-морской) терапии.
Это подчёркивал начальник Главного военно-санитарного управления Красной армии Е.И. Смирнов.
Выступая на заседании терапевтического общества в Ленинграде 30 мая 1941 года, он сказал: «Трудно мириться сейчас с малым количеством терапевтов, имеющих больничный и клинический стаж. Мы ощущаем большую некомплектность в грамотных, клинически образованных терапевтах. Значение же терапевтов в современной войне вряд ли нужно доказывать. Это всем ясно... Если сравнительно легко в военное время учить нехирургов хирургии, то очень трудно в этих условиях учить нетерапевтов терапии».
Однако до начала Великой Отечественной войны организованно оформить терапевтическую службу не удалось, стройная система организации терапевтической помощи на всех этапах медицинской эвакуации армии и флота была создана уже в ходе боевых действий.
АВТОР: Владимир Борисович Симоненко,
доктор медицинских наук, профессор, член-корреспондент
РАМН, в 1994–2012 годы — начальник Центрального военного
клинического госпиталя имени П.В. Мандрыка
