ОПЕРАЦИЯ «ПОТОК»

Родился я в Курской области. Участвовал во Второй чеченской военной кампании. В 7-й гвардейской дивизии ВДВ служил старшим сержантом-срочником. Был командиром сапёрного отделения и заместителем командира взвода. После поступил в Институт атомной энергетики, работал на Курской атомной электростанции. Далее переехал со своей большой семьёй — супруга, пятеро родных детей и двое усыновлённых — в Калужскую область. Здесь поступил в духовную семинарию и стал священником.

Решающим событием для меня, чтобы встать рядом с защитниками Родины, было вторжение ВСУ в Курскую область. В конце августа 2024 года мы со старшим сыном поехали в отряд «Т» в Курск. Приехали мы как волонтёры. Но на месте сын решил подписать контракт.

Посмотрев на отряд, я ему сказал так: «В этом отряде ты сможешь всему научиться».

Сын стал готовиться к подписанию контракта. Вместе с ним к подписанию контракта стал готовиться и я:

брать благословение, решать организационные вопросы.

Когда я подписывал контракт, надо было выбрать себе позывной. Я посмотрел, память каких святых празднуется в этот день. Выбрал двух с редкими именами. Это были священномученики Корнут и Автоном. Этим святым молятся редко. И я выбрал позывной «Корнут».

У меня была договорённость с правящим архиереем, что на время службы в отряде за мной остаётся мой приход храма апостолов Петра и Павла в селе Овсорок Калужской области. Я в этом храме настоятель, вместо меня там никто служить не будет. Приход отдалённый, небольшой, священника туда найти сложно.

Отряд «Т» носит имя Суворова. Командир у нас глубоко верующий православный человек. Он старается жить по благословению, с молитвой. Поэтому для него очень важно, чтобы в отряде был свой священник.

Люди в отряде разные. В большинстве своём люди это очень простые, каждый со своими, как иногда говорят, тараканами. Но я не побоюсь сказать, что в каждом из них находится Господь Бог. Когда ещё раньше я ездил волонтёром на Донбасс, я это и там замечал. Необъяснимое чувство… И так мне кажется до сих пор.

Самое главное — постараться сделать так, чтобы у бойцов не возникало к врагу чувства гнева и ненависти.

Эту задачу я решаю как священник, решает и сам командир. Он постоянно говорит об этом бойцам.

Конечно, когда люди видят растерзанные тела своих товарищей, остаться спокойным очень сложно. Но я им объясняю, что ненависть — это грех, который человека обезоруживает и подавляет. Мы же живём Евангелием.

Там Сам Господь Бог, у которого было много поводов, чтобы возненавидеть кого-то из людей, Своим примером показал, как надо себя вести. Поэтому мы стараемся научить ребят любви, которая, к огромному сожалению, в современном мире во многом утрачена.

Мне довелось участвовать в подготовке операции «Поток», а во время проведения операции пройти вместе с группой нашего отряда по трубе от начала до конца.

Вполне можно утверждать, что «Поток» — это самая неожиданная, наверное, операция во всём мире. В учебниках военной науки таких примеров нет. Её можно сравнить разве что с переходом войск Суворова через Альпы в сентябре 1799 года. И то, и другое было совершено за пределами человеческих возможностей. Ну какой идиот полезет в газовую трубу, которая с одного конца ещё и горит? А по этой горящей с одного края трубе диаметром метр сорок пройти больше десяти километров. Некоторые бойцы шутя говорили: «Никогда в жизни так не радовался, что я маленького роста!».

Я сам, например, ростом метр восемьдесят… Газ в Европу шёл по газопроводу через газораспределительную станцию в городе Судже Курской области. Замысел операции «Поток» состоял в том, чтобы по подземной трубе газопровода скрытно миновать оборонительные рубежи ВСУ у Суджи и незамеченными выйти прямо в тыл врага. В результате успешного проведения операции можно было бы избежать лобовых атак хорошо укреплённых позиций ВСУ — таким образом, оказались бы сохранены жизни тысяч наших бойцов. В первую очередь в 13 километрах от Суджи, в районе села Большое Солдатское, был построен большой подземный город. Позицию под Большим Солдатским назвали «Лопата», потому что на ней пришлось очень много копать. Сами бойцы шутили, что для них будут учреждены специальные медали с изображением крота с лопатой. Всего было построено 4 километра блиндажей, под землёй соединённых друг с другом тоннелями. В блиндажах оборудовали спальные места, туалеты, склады с инструментами, боекомплектом. Очень важно было обеспечить режим секретности и не допустить утечки информации.

Главной задачей подготовки было вывести из трубы остатки газа. В конце концов удалось разработать систему по очистке трубы. Компрессором стали закачивать в трубу воздух под давлением и внутри трубы специальным прибором измерять уровень содержания газа.

Когда уровень достиг допустимого, наладили вентиляцию. Для этого разрезали саму трубу и бурили землю на несколько метров вверх, до выхода бура на поверхность земли. Получалось вентиляционное отверстие. Прямо перед наземными позициями противника под землёй создали специальную позицию «Уфа». Так её назвали по позывному бойца, который руководил здесь работой. На этой позиции тоже сделали вентиляционное отверстие и стали газ из трубы выдавливать уже с двух сторон.

Была поставлена задача обеспечить устойчивую связь между позициями «Лопата» и «Уфа». Но радиосвязь использовать было нельзя, она ведь легко перехватывается. Поэтому решили задействовать старые советские военно-полевые проводные телефонные аппараты. Преимущество было в том, что к таким линиям связи извне подключиться абсолютно невозможно.

В момент, когда была поставлена задача обеспечить в трубе проводную связь, никто не знал, как протянуть провод длиной 2,5 километра по трубе, в которой ещё остаётся газ. Люди, которые только пытались входить в трубу, начинали быстро задыхаться.

Решение нашли очень необычное! Привязали провод к свинье и запустили её в трубу. Животное прошло по трубе 400 метров (измеряли по ушедшему за ней проводу) и остановилось. Сначала подумали, что свинья умерла. Но оказалась, что она живая, просто надышалась газом. Героическую свинью эвакуировали и отправили обратно в стадо!

Был найден предел, докуда можно дойти при такой загазованности. Ведь если даже свинья смогла пройти по загазованной трубе всего 400 метров, человек даже столько пройти точно бы не смог. Стало понятно, что для прокладки провода связи надо ждать, когда труба будет максимально очищена от остатков газа.

После того как часть трубы до позиции «Уфа» очистили от газа, большая часть бойцов, которые вели работы в трубе, по трубе скрытно перешла туда. К позиции провели электричество для зарядки самокатов и электротележек, создали склад продуктов и масок с небольшими медицинскими кислородными баллонами. Когда у человека начиналось кислородное голодание, он мог делать несколько вдохов из баллона, и ему становилось легче.

Некоторое время продовольствие и другие грузы по трубе доставляла маленькая электрическая дрезина на батарейках. В нашем отряде мы использовали электросамокаты, но не все самокаты выдерживали людей в полном снаряжении с боекомплектом. Поэтому на некоторых электросамокатах один ехал, а другой толкал сзади. Но всё равно это было лучше, чем идти пешком в полусогнутом положении, да ещё и с тяжёлым грузом. Ноги примерно через два километра «забиваются», идти становится невозможно.

Оставшийся в трубе газ оказывал на людей очень сильное воздействие. У кого-то начинались судороги, у кого-то — галлюцинации, кто-то даже терял сознание.

Причём человек часто не замечал, когда концентрация газа в крови достигала критического уровня, и он выключался неожиданно для себя. После оказания медицинской помощи люди снова возвращались в трубу, хотя при этом, конечно, приходилось перебарывать страх.

Человеку очень трудно возвращаться туда, где он только что чуть не умер… На подготовку самой трубы ушёл почти месяц. Оставался один очень важный вопрос: а что будет, если противник всё-таки что-то заподозрит? Чтобы подстраховаться, было принято решение противника дезинформировать. Для этого дошли до пятнадцатого километра и вырезали в трубе большое отверстие. Потом пробурили землю наверх до выхода бура на поверхность. Немного вернулись назад и трубу наглухо заварили, поставив прочную перегородку.

Смысл дезинформации был в следующем. Так как газ в трубу просачивался со стороны Украины, он стал выходить на поверхность в месте пробурённой на пятнадцатом километре скважины. К месту выхода газа наши отправили беспилотник, с которого сбросом выходящий из трубы газ подожгли. Украинцы увидели, что газ в трубе не просто есть, но он ещё и горит! Естественно, подумали: ну какой идиот полезет в горящую трубу с газом?! А в эту горящую с одной стороны трубу пошли 820 человек… В результате проведения операции «Поток» фронт ВСУ в Курской области обвалился.

После входа в саму трубу бойцам предстояло преодолеть 13,5 километров в бронежилетах, касках, с боекомплектом и водой. Первыми пошли бойцы 30-го мотострелкового полка. Им предстояло несколько суток провести внутри трубы, пока до точек старта не дойдут все остальные. Чем больше людей собиралось в трубе, тем меньше оставалось в ней кислорода. Ситуация с кислородом осложнилась ещё и тем, что наверху, на земле, начал таять снег. Вентиляционные отверстия стали забиваться грязью, которую приносила талая вода.

Когда люди шли один за другим по трубе на дистанции, дышать было относительно легко. Но когда отряды нагоняли друг друга и в одном месте образовывались небольшие группы, при малейшей нагрузке начиналась одышка. Тогда искали небольшие ответвления, карманы, чтобы там хоть немного отдышаться.

Каждой следующей группе идти было всё труднее и труднее. Приходилось перелезать через то, что на дне трубы оставили идущие впереди. Оставляли даже бронежилеты, чтобы хоть как-то дойти до точки выхода. Ведь все бойцы разного возраста, c разным состоянием здоровья.

Тем, кто послабее, пришлось по пути подолгу отдыхать.

Когда первые бойцы зашли, сначала они попробовали идти так, чтобы побыстрее дойти и уже спокойно ждать. Но скоро стало понятно, что быстро идти не получится. Так как человек идёт или в полусогнутом состоянии, или в полуприседе, то возникает очень большое избыточное мышечное напряжение. Плюс внутри очень скользко. Дно трубы, да и вообще вся труба покрыты конденсатом — смесью воды и химических веществ. Человек скользит, спотыкается, пробует опереться о стенку трубы. Но стенка такая же скользкая, как и дно. Поэтому из трубы все вышли чёрные — белыми остались только глаза да зубы… Предполагалось, что воду и продукты по трубе будет возить электрическая тележка. Но она была совсем небольшая, на ней можно было разместить всего несколько ящиков. А занимала эта тележка чуть ли не всю трубу.

Когда людей в трубе было не так много, тележка ещё как-то работала, ездила туда и обратно. Каждый боец её пропускал — скрючивался у боковой стены трубы, перепрыгивал или перелезал через тележку. Каждый такой «обгон» стоил человеку сил, дыхания и времени. Но бойцы относились с пониманием: шутили друг над другом и помогали тележке проехать. А вот когда счёт бойцам в трубе пошёл на сотни, тележке пробиться сквозь них стало невозможно. Даже если один раз вперёд она проедет, то ей нужно ещё и в скользкой мазутной жиже вернуться обратно через сотни бойцов. В конце концов, воду и продукты пришлось от входа в трубу дальше передавать из рук в руки по цепочке. Но таким способом полноценно обеспечить водой и продуктами несколько сотен человек, конечно, было невозможно.

Все понимали, что вполне вероятно они идут в один конец… Но настрой, как говорили сами бойцы, у большинства был очень жёсткий. Даже шутили: «А может, нам специально воды не давали, чтобы мы злее были?».

Как бы то ни было, первый опорник ВСУ взяли уже в первые полчаса. И там нашли замёрзшую воду в бутылках! Нашли и натовские пайки с шоколадками, сухофруктами, цукатами. Но на еду вообще никто не смотрел. Бросились разрезать пластиковые бутылки и в прямом смысле вгрызались зубами в лёд. И потом долго-долго никак не могли напиться водой… Наш отряд «Т» должен был заходить крайним. Задачи у отряда были не штурмовые. Мы должны были выйти из трубы после всех и закрепиться на определённом рубеже. А если что-то пойдёт не по плану, мы должны были поддержать своих на угрожающих направлениях.

Моя конкретная задача была участвовать в организации точки медицинской стабилизации. Так называют место, где раненым оказывают самую первую помощь — останавливают кровотечение и тому подобное. Возглавлял нашу группу врач с позывным «Доктор». После стабилизации мы должны были обеспечить эвакуацию раненых по трубе в тыл.

Физически каждый перед заходом в трубу готовился сам. Но каких-то специальных упражнений мы не делали. Опасались, что раньше времени «забьём» мышцы.

Так получилось, что по трубе я шёл замыкающим. За мной вообще никого больше не было. А в какой-то момент я вообще остался один!

Сын мой шёл по трубе впереди меня уже больше суток. Вдруг узнаю, что у него сломался самокат и он отстал. Я по проводной связи с ним связался и говорю:

«Жди меня! Дальше пойдём вместе, как-нибудь пешком доковыляем». Догнал сына, так дальше вдвоём с ним по трубе и шли. С В Курске операцию «Поток» увековечили арт-объектом ыну на тот момент было 19 лет… Пока мы с сыном ещё шли по трубе, операция уже началась. Мы стали встречать раненых, которые шли назад. В трубе многие были рады тому, что с ними идёт батюшка. Некоторые ребята из отряда, несмотря на мой чумазый внешний вид, меня всё-таки узнавали:

«Батюшка, благословите!». И называли свои имена.

Внутри трубы всё напоминало фильмы ужасов про апокалипсис: вокруг все чумазые, голодные, холодные.

Снаружи доносится грохот работающей артиллерии.

Воды не хватает, все очень хотят пить. Иногда слышатся стоны… Но нас поддерживали Господь Бог и молитва.

Молитва шла так спокойно и хорошо!

В общей сложности я провёл под землёй больше двух недель, включая подземный город на позиции «Лопата».

Когда уходил под землю, на улице стояла ранняя весна.

Было холодно, по ночам случались заморозки. Особенно этот холод чувствовался под землёй. А вот когда из трубы вышли, то увидели, что наступила весна! Солнышко, благодать!.. Помню первую радостную мысль: «Слава Богу, что всё позади! И как хорошо, что в трубу больше возвращаться не надо!». Уже открылась дорога по земле.

Поэтому я с отрядом стал продвигаться вглубь Суджи.

Очень многие бойцы получили тяжёлое отравление.

У тех, кто долго находились в трубе, медики диагностировали пневмонит. По-научному это называется «неспецифическое воспаление лёгких после ингаляции продуктами гальванизации труб и нефтепродуктов». Заболевание от этого отравления оказалось очень коварным. Оно стало развиваться не сразу, а лишь на третий-четвёртый день. Военным медикам удалось практически на ходу разработать схему лечения, когда с помощью специальных лекарств отравляющие вещества всё-таки получается вывести из организма.

Чудо под Суджей произошло на праздник КурскоКоренной иконы Божьей Матери. Мы вышли из трубы голодные, измученные, а враг от нас побежал! Это сама Божья Матерь прогоняла эту нечисть, как и до этого не раз прогоняла врагов с русской земли. В трубе ощущалась такая благодать, которую я переживал только в Троице-Сергиевой Лавре.

Моё сугубо личное мнение, что всё произошедшее во время операции «Поток» — это заслуга Бога, а не человека. Даже с тактической точки зрения произошло настоящее чудо. Враг начал отступать, хотя с чего ему было бы это делать? Ведь хорошо укреплённые позиции ВСУ атаковали наши обезвоженные и обессиленные воины с лёгким стрелковым вооружением. Всем по тактике известно, что атакующих должно быть в 3–4 раза больше, чем обороняющихся.

Но здесь соотношение было обратное — несколько сотен еле живых наших бойцов против нескольких тысяч свежих солдат ВСУ. Но они побежали… 

Священник

Алексий (СКРИПКИН),

позывной «Корнут»

Материал подготовил Сергей ГАЛИЦКИЙ