Расширение НАТО и безопасность России

Проблеме расширения Североатлантического союза (НАТО) на Восток уделяется немало внимания на страницах газет, журналов и на экранах телевидения как в России, так и за рубежом. Несмотря на активную информационную кампанию, сопровождающую все последние годы мероприятия по расширению блока, в целом отношение населения и значительной части политической элиты России к этим процессам носит отрицательный характер. Вызывает подозрительность и сомнение та поспешность и односторонность действий, с которыми альянс стремится втянуть наших бывших союзников в свои сети. Да и поводы для их включения в НАТО зачастую носят надуманный характер.

Однако некоторые из российских граждан, особенно в среде интеллигенции и молодежи, «убаюканные» массированной пропагандой западных СМИ и официальных информационных и «неправительственных» организаций альянса в России, не видят в расширении блока угрозы безопасности нашей страны и не всегда верно оценивают его деятельность на международной арене. Более того, определенный контингент российских граждан целенаправленно привлекается к участию в деятельности и мероприятиях различных пропагандистских структур НАТО, организуемых как в России, так и за рубежом с целью формирования благоприятного имиджа этой организации в российском обществе. На эти мероприятия руководство альянса средств не жалеет.

Для правильного понимания роли НАТО в мире надо четко представлять, что Североатлантический союз был, есть и, скорее всего, останется в обозримом будущем самой мощной военной организацией, предназначенной для защиты интересов в основном США и Западной Европы военными средствами в любом районе мира. Для характеристики этой организации можно использовать известный принцип театрального жанра: «если на сцене в начале спектакля висит ружье, то в конце оно должно обязательно выстрелить». И деятельность альянса в полной мере соответствует этому принципу.

В связи с ослаблением, а затем развалом СССР, роспуском Варшавского Договора Североатлантический союз, оставшись единственной военной силой в Евроатлантическом регионе, начал «стрелять», то есть применять военную силу для достижения своих собственных эгоистических целей, используя для этого различные поводы. Так, в 1999 году вооруженные силы НАТО под предлогом предотвращения геноцида в отношении косовских албанцев и гуманитарной катастрофы в регионе совершили неприкрытую агрессию против Югославии, надолго осложнив обстановку на Балканах и посеяв семена недоверия и подозрительности не только между проживающими там народами, но и Западом и Востоком в целом. В дальнейшем США и другие страны альянса способствовали получению самостоятельности Косово, что также чревато непредсказуемыми последствиями в будущем, в том числе и для самих участников этого процесса. Соединенные Штаты Америки при явной или тайной поддержке своих союзников в 2003 году развязали войну против Ирака, по сути, оккупировали эту страну и продолжают там боевые действия против иракского народа. Длительное время союзники проводят «умиротворение» народов Афганистана.

При этом ссылки на то, что эти жесткие меры принимаются для защиты демократии, свободы, предотвращения гуманитарной катастрофы и т.п., не выдерживают никакой критики, поскольку служат лишь ширмой: как говорится, было бы желание, а повод всегда можно найти. При рассмотрении этого вопроса не так уж важен и конкретный состав участвующих в этих войнах стран — только ли войска США задействованы в операциях или к ним присоединились другие члены альянса и поддерживающие их государства. Главное заключается в том, что эти действия являются отражением планов и намерений ведущих стран альянса по переделу сфер влияния в современных условиях и установлению однополярного мира во главе с США с помощью военной силы.

На фоне подобных действий все заявления западных политиков о «миролюбии» альянса, предпринимаемых им мерах по защите демократии, обеспечению мира и стабильности, борьбе с терроризмом остаются лишь пропагандистским прикрытием, которое служит, по сути, обоснованием для новой колониальной политики Запада, проводимой с целью установления контроля над регионами и странами, богатыми энергоресурсами. Россия в этом случае является лакомым куском, но пока не по зубам ни США, ни НАТО. При этом альянс открыто взял курс на отказ от сложившейся после Второй мировой войны системы международных отношений, основанной на глобальном и региональном балансе сил и взаимном сдерживании, игнорирование интересов других государств и роли Организации Объединенных Наций.

У некоторых читателей могут возникнуть сомнения относительно правомерности вышеназванных утверждений. С целью выяснения истины можно обратиться к основополагающим документам этой организации, в частности, к двум последним изданиям Стратегической концепции НАТО 1991 и 1999 годов, а также «Всеобъемлющей политической директиве», принятой на Рижском саммите 2006 года. В этих документах четко зафиксирована программа по глобализации функций альянса, расширении спектра решаемых им задач и зоны применения его вооруженных сил практически на весь земной шар, в том числе и без санкции Совета Безопасности ООН.

По этому поводу есть резон обратиться к аналитической статье доктора военных наук генерал-майора С. Л. Печурова «Доктринальные взгляды НАТО на характер войн и обеспечение безопасности». Там указано, в частности, что цель НАТО в 1991 году формулировалась как «защита свободы и безопасности всех членов альянса политическими и военными средствами в соответствии с принципами Устава ООН», а в 1999 году — то же самое, но уже без ссылки на ООН. Основной задачей НАТО в 1991 году являлось обеспечение основы для безопасности в Европе путем развития демократических систем и разрешения спорных вопросов мирными средствами, а в 1999 году — то же самое, но уже в расширенном Евроатлантическом регионе.

Заметно увеличился перечень угроз альянсу, которые могут служить для его руководства основанием для использования военной силы. В частности, в вышеназванной статье отмечается, что источниками угроз в документе 1991 года назывались: • неопределенность и риски, способные привести к возникновению кризисных ситуаций различного характера, затрагивающих интересы альянса;

• наличие мощных ядерных сил за пределами зоны ответственности НАТО;

• несанкционированное распространение оружия массового поражения и средств его доставки, а также технологий двойного назначения;

• международный терроризм;

• нарушение потоков жизненно важных ресурсов.

В 1999 году к ним добавились такие угрозы, как: • резкое обострение внутриполитической обстановки в государствах вследствие провала социально-экономических реформ;

• дезинтеграция отдельных стран;

• нарушение прав человека;

• нарушение функционирования телекоммуникационных и информационных систем;

• неконтролируемая миграция населения.

В качестве дополнения следует обратить внимание на активизацию обсуждения в руководстве альянса темы, связанной якобы с угрозами прекращения поставок углеводородного сырья в Европу и мерами по противодействию попыткам использования энергетического фактора со стороны некоторых стран. По этому поводу, в частности, высказал своё мнение и генеральный секретарь блока Яап де Хооп Схеффер перед саммитом НАТО в Риге: «Необходимо обсудить вопрос о том, какую роль Североатлантический альянс сможет сыграть в решении задачи контроля за энергопотоками на глобальном уровне.

НАТО — это не Европейский Союз, не Международное энергетическое агентство, но эта организация может внести свой вклад в решение ряда проблем. Тем более что обеспечение „свободного энергетического снабжения“ всегда было одним из ее приоритетов…».

Нетрудно догадаться, к какой стране Североатлантический союз в первую очередь может предъявить претензии на контроль за энергопотоками, учитывая значительную зависимость Европы от поставок газа и нефти из России. Вообще, такой широкий спектр угроз, указанный в документах альянса, обеспечивает его военно-политическому руководству возможность для вмешательства во внутренние дела многих стран мира, включая и Россию.

Достаточно открыто об имперских амбициях альянса говорится и в предисловии к справочнику по НАТО, изданному на русском языке в Брюсселе в 2006 году. В связи с событиями в США 11 сентября 2001 года правительства стран-членов НАТО заявили о том, что «союзники договорились о своей готовности к коллективным мерам по предотвращению террористических актов, готовящихся за границей, защите от них и их срыву, а также по самообороне, с возможным проведением действий против террористов и тех, кто укрывает или защищает их. Они также договорились о том, что Североатлантический союз не должен ограничиваться в своей деятельности заранее определенными географическими пределами: он должен обладать возможностями действовать так, как ему требуется, и там, где ему требуется. Аналогичным образом, у него может возникнуть необходимость выделять свои силы, средства и ресурсы на разовой основе для содействия операциям, проводимыми другими международными организациями или коалициями стран с участием членов НАТО».

Это решение руководство альянса расставляет все точки над "i", поскольку в нем, по сути, сделана заявка на роль мирового жандарма. При этом, как показал опыт подготовки войны против Ирака, особых обоснований для проведения карательных операций против «пособников террористов» не требуется. Достаточно хорошо организовать в СМИ информационную (или, вернее сказать, дезинформационную) кампанию и можно смело вступать в бой. После «победы» никого уже особенно не будет интересовать тот факт, что никаких доказательств поддержки террористической деятельности или подготовки к применению оружия массового поражения, как это произошло в отношении Ирака, не было обнаружено. А вот с появлением в Ираке американских войск там собрались террористы со всего света, и иракские граждане стали гибнуть тысячами. Вот вам образец борьбы за демократию. И никаких угрызений совести или извинений за ошибки в отношении Ирака со стороны руководства стран НАТО не было отмечено. «Списали» всю эту волну лжи на издержки информационной войны в защиту демократии. Что не сделаешь ради неё, любимой!

Исходя из новых целей блока, был начат и процесс его расширения на Восток. Первыми в НАТО в 1999 году были приняты 3 страны — Польша, Чехия и Венгрия.

В 2004 году закончился процесс приема в альянс ещё 7 государств — Словакии, Словении, Румынии, Болгарии, Литвы, Латвии и Эстонии. Завершается процедура оформления членства в этой организации Албании и Хорватии, а в перспективе следует ожидать решения вопроса о приеме Македонии (после урегулирования вопроса с Грецией по поводу названия македонского государства). Большие усилия руководство этой организации прилагает к втягиванию в неё Грузии и Украины. Однако после грузино-осетинского конфликта в августе сего года и в связи с политическим кризисом в Украине давление на эти страны в вопросе вступления в НАТО несколько ослабло.

Расширение альянса обеспечивает его руководству решение сразу нескольких важных задач. Во-первых, существенно повышается его военный потенциал за счет новых членов. Речь, в основном, идет о людских ресурсах, поскольку считается, что их вооружение не соответствует стандартам альянса и является устаревшим. Во-вторых, значительно повышается безопасность «старых» членов НАТО в связи с появлением своеобразного барьера из новичков, отделяющих их от потенциальных очагов нестабильности и угроз, к которым, в первую очередь, отнесены страны СНГ и Россия. Это позволяет также «старым» членам НАТО снижать расходы на оборону, сокращать численность и боевой состав своих вооруженных сил и ограничивать военную нагрузку на их территорию в мирное и военное время. В-третьих, использование территорий новых стран дает возможность НАТО приблизить к зонам потенциальной опасности группировки своих войск при их задействовании за рубежом, как это происходит сейчас при организации операции альянса в Афганистане.

При этом процесс расширения НАТО был начат и осуществляется без учета мнения Российской Федерации, несмотря на то, что в свое время лидеры ведущих западных государств заверяли российское руководство не предпринимать каких-либо шагов, затрагивающих интересы России. Декларируемое усиление международной безопасности в результате расширения блока, о котором так много говорит его руководство, носит односторонний характер и не касается других стран, в том числе России.

Эти меры существенно ухудшают отношения между Россией и НАТО в политической области, ведут к усилению недоверия и подозрительности, ослабляют военно-стратегическое положение нашей страны, сужают сферу влияния Москвы. По сути дела, осуществляется охват России с флангов, что в случае конфликта с какой-либо страной НАТО, или с альянсом в целом ставит её в очень тяжелое положение.

Особую опасность для России представляет членство в блоке стран Балтии. В результате этого повысилась уязвимость Калининградской области, российского Балтийского флота, а в случае военного конфликта они вообще могут быть отрезаны от России. Применение войск НАТО с территории этих стран в случае войны может поставить под угрозу важнейшие промышленные районы северо-западной части России (Санкт-Петербург, Новгород, Псков).

Увеличивается глубина поражения военных и важных гражданских целей в этих регионах не только авиационным оружием, но и средствами сухопутных войск. Существенно повышается дальность действия средств ПВО НАТО.

Ещё большую опасность для России представляет возможное вступление в альянс Украины. В этом случае существенно ухудшится военно-стратегическая обстановка в регионе Черного моря, сузятся возможности действий и базирования российского Черноморского флота. Но самым страшным следствием этого шага будет проблема морально-этического плана — это возможность военного столкновения двух братских народов, что может коренным образом изменить отношения между нашими странами.

Именно этого и добиваются США и НАТО, подталкивая украинское руководство к принятию непопулярного в стране решения о вступлении в альянс.

В течение ближайших 10–15 лет руководство Североатлантического блока намерено проводить курс на трансформацию альянса. Однако эта трансформация не предполагает его превращение в военно-политическую организацию. В среднесрочной перспективе реформа должна усилить силовую составляющую альянса и позволить ему проводить одновременно несколько крупных и незначительных по масштабу операций как на периферии (на флангах) альянса, так и на указанных выше театрах военных действий.

В последнее время военно-политическая ситуация в мире заметно усложнилась и приобрела тенденцию к дальнейшему обострению. Затяжные кризисные явления в экономике и финансовой системе многих стран мира, в первую очередь США и государств Североатлантического союза, ещё больше «подливают масла в огонь» и способствуют росту напряженности.

У руководства США и НАТО, стремящегося стабилизировать экономическую ситуацию в своих странах любыми средствами, просматривается желание решать проблемы старым способом — наращиванием военного потенциала и применением военной силы с целью установления контроля над природными ресурсами в различных регионах мира и обеспечения гарантированного доступа к источникам углеводородного сырья. Эти меры ведут к усилению потенциальной опасности для России и увеличивают риски возникновения конфликтов в её ближайшем окружении.

В целом, Североатлантический союз, несмотря на произошедшие геополитические изменения, сохранил свою экспансионистскую сущность, по-прежнему стремится к расширению своего влияния в мире, не останавливаясь перед угрозой применения военной силы и её использованием. Такой подход может привести к столкновению интересов с Российской Федерацией, усилению противостояния и даже к А.ВОЛЫНСКИЙ военным конфликтам.

А.ВОЛЫНСКИЙ