«РОССИЯ НАРАЩИВАЕТ ОБЪЕМЫ ОРУЖЕЙНОГО ЭКСПОРТА»

— Николай Михайлович, за счет чего объемы российского экспорта вооружений в последнее время растут очень динамично? Какие факторы способствуют активному продвижению продукции российского оборонно-промышленного комплекса на мировые рынки?

— Это очень хорошо, что экспорт российских вооружений растет. Почему? Некоторые страны, не буду их называть, вы сами вычислите, торговлю продукцией военного назначения проводят по политическим мотивам, при помощи определенного давления. Россия осуществляет продажу оружия, положив в основу принцип качества. Наше вооружение приобретает большой авторитет в мире, потому что мы уверенно совершенствуем качество вооружения. Россия не боится представлять свое оружие на территорию потенциального заказчика для испытаний. Мы уверенно на это идем во многих странах. В качестве показательного примера можно привести Индию, где таким образом был испытан танк Т-90. Он прошел там, по-моему, около 3000 километров, отстрелял в горах, на равнине. Заказчик наглядно убедился, что этот танк можно применять в условиях данного театра военных действий.

Качество нашего оружия мы готовы показывать всегда. До последнего времени «Рособоронэкспорт» обязательно участвовал в выставках с натурными образцами, но опыт показывает, что страна, которая интересуется вооружением, предпочитает испытывать это оружие на своей территории. Поэтому мы сейчас все реже представляем натурные образцы на оружейных выставках и все чаще вывозим их на испытания по заявкам заказчиков.

Увеличения объемов оружейного экспорта мы достигаем, прежде всего, за счет качества и низкой цены по сравнению с аналогами других стран. Динамично наращивать поставки оружия на мировые рынки удается также за счет ежегодного совершенствования маркетинговой работы на международном рынке. Все это в целом и позволило нам системно увеличивать прибыль от экспорта вооружений.

— Говоря о торговле оружием по политическим мотивам, Вы имели в виду Советский Союз?

— Нет. Советский Союз поставлял оружие в страны Варшавского Договора, но в данном случае я имею в виду те мощные страны, которые не качество продукции демонстрируют, а руководствуются политическими мотивами, навязывая свои вооружения некоторым государствам. Есть такие примеры, но я бы не хотел их приводить, это вопросы конфиденциальные. Сами догадайтесь, кто по политическим мотивам заставляет другие страны покупать свое вооружение.

— Какие из зарубежных государств — самые надежные партнеры России в сфере военно-технического сотрудничества?

— Традиционно, как известно, это Индия и Китай, но география расширяется. Сегодня насчитывается уже более 60 стран, с которыми мы работаем.

— Если можно — немного подробнее о сотрудничестве с Китаем. Кто главный конкурент России на этом рынке?

— С Китаем мы работаем очень давно. Российские образцы вооружений появились в этой стране еще в советские времена. Китай имел лицензии по выпуску некоторых из них. Видимо, нравится КНР российское вооружение. Наверное, прежде всего — простотой, высокой надежностью, высокой эффективностью. С Китаем работаем практически по всем направлениям — по тематике сухопутных войск, авиации. Очень активно идет работа по флоту.

Пекин интересует практически все вооружение, которое мы выпускаем, которое есть в соответствующем перечне. В этой стране мы также активно проводим испытания российского оружия, которое китайские специалисты очень хорошо знают, как и заводы, где оно производится. КНР работает со многими странами, и сегодня у Китая есть вооружение не только российского производства. Но я не вижу тех, кто мог бы составить мощную конкуренцию России.

— Безусловно, основной конкурент России на оружейном рынке — США. Что можно сказать о соперничестве двух стран в этой сфере в глобальном масштабе?

— В глобальном масштабе мы готовы с американцами соревноваться на полигонах, готовы показывать им образцы нашего вооружения, готовы сравнивать. Мы готовы делать это по любым образцам вооружений, в том числе по высокоточному оружию, бронетанковой технике.

К слову, американский танк — тяжелый, большой, не имеет управляемой ракеты. Наш танк проще, легче, оснащен управляемой ракетой, которая стреляет на 5 километров. Их танк, как, к примеру, и германский, способен поражать цель, начиная с трехкилометровой дистанции, а мы — с пяти, 2 километра находясь вне зоны поражения. Помню, в 1993 году мы первый раз участвовали в выставке в Абу-Даби. Американский танк тогда сошел с трассы, не смог выполнить всю программу ходовых испытаний, а мы прошли ее спокойно.

Современный российский танк по боевой эффективности превосходит свои зарубежные аналоги. Вес меньше — значит, проходимость у него лучше. У него мощное вооружение — 125-миллиметровая пушка, которая как стреляет снарядами, так и пускает ракеты через ствол. Наши танки обладают высокой проходимостью, оснащены новой, четырехканальной, системой управления. Прицел, кстати, совместной разработки трех стран — России, Белоруссии и Франции, позволяет проводить все виды стрельбы, делать выверки, не выходя из танка. Цель на поле боя сопровождается автоматически. Ремонт танка с заменой двигателя и ствола можно производить в полевых условиях. Ствол выдерживает большое количество выстрелов, надежность его очень высока. И это далеко не все преимущества.

Качество, качество и еще раз качество, — вот главный аргумент, который зачастую оказывается решающим в победе над конкурентами по оружейному бизнесу.

— Прошли сообщения, что Венесуэла будет самостоятельно изготавливать автоматы Калашникова, чтобы отразить американскую агрессию, и уже скоро в стране появится завод, где будет налажено лицензионное производство этой продукции…

— Я не знаю, что они будут отражать. Это — не наш вопрос. Что хотят, то пусть и отражают, это — их внутреннее дело. А строительство завода возможно. — Некоторые страны, и прежде всего США, всячески противятся, чтобы Россия продавала зенитно-ракетные комплексы «Тор-М1» таким странам, как Иран…

— Мы руководствуемся законом и соответствующими решениями. Запрета на продажу и санкций против Ирана нет. Поэтому мы и продаем оружие всем, кому не запрещено. Подобные разговоры велись и о Сирии, когда туда продавали переносные ЗРК «Игла». Ну и что? Все это — оборонительное оружие. Хорошо сказал министр обороны России Сергей Иванов на одной из пресс-конференций: «А чего вы боитесь? Не летайте там, где не нужно, и не надо бояться».

— Какие экспортные образцы российского оружия можно считать поводом для особой гордости?

— В ПВО это комплексы «Бук» и «Тор» — высокоавтоматизированные, надежные системы, внушающие абсолютную веру в это оружие. Вообще на торговлю средствами ПВО мы смотрим с особой надеждой. Объективная реальность такова, что российские средства ПВО сверхмалой, малой, средней и большой дальности достаточно хорошо себя зарекомендовали — как в России, так и во многих странах, куда уже были поставлены. То же самое можно сказать о средствах радиолокационного наблюдения, радиоэлектронной борьбы, других средствах ПВО.

У нас есть современные танки Т-90, модернизированные танки, в частности, Т-72, которыми будет оснащаться и Российская армия. Опыт, полученный при модернизации Т-72, показал, что в результате эта машина значительно повысила коэффициент боевой эффективности. В конечном итоге ее ресурс как эффективной машины увеличился как минимум на 10 лет. Достаточно сказать, что этот танк будет стрелять управляемой ракетой, он будет абсолютно современным, с новой системой управления огнем, с новым двигателем.

Или взять реактивные системы залпового огня «Смерч». Стреляют на расстояние свыше 90 километров, в мире нет аналогичных реактивных систем с такой дальностью. Процессы разведки, наведения, корректировки и другие в этих системах автоматизированы. В целом это направление — автоматизация процессов — сейчас очень актуально.

А вообще, практически в каждой сфере, будь то оружие для сухопутных войск, ВВС, флота, других видов и родов войск, есть образцы, которыми можно гордиться.

— Что можно сказать об арабских странах как партнерах в сфере военно-технического сотрудничества?

— Это очень перспективный рынок. «Рособоронэкспорт» активно работает с ОАЭ, Египтом, Сирией, Кувейтом, Оманом, Алжиром, многими другими странами региона. Причем, мы с ними активно работаем не только по продаже, но и по модернизации ранее приобретенного у нас оружия. При подписании контракта мы сразу говорим заказчику: все новое, что будет разработано по тому или иному направлению, гарантированно предложим, в первую очередь, тем странам, которые приобрели это оружие в России. Мы готовы его модернизировать, наращивая боевую мощь. Поэтому в арабских странах и модернизацию проводим, и параллельно осуществляем туда поставки нового оружия.

— Какие образцы оружия пользуются наибольшим спросом на рынках арабского мира?

— Активно шла и идет продажа БМП, теперь ведется их модернизация, осуществляется продажа и модернизация танков, средств ПВО.

— Как развивается военно-техническое сотрудничество с африканскими странами?

— Работаем и на африканском рынке, у нас есть представители в странах этого континента, мы проводим там выставки. В этом году, в сентябре, будет интересная выставка в Кейптауне, ЮАР. Африка сегодня старое вооружение берет не очень охотно, а тоже стремится к новому, современному уровню.

— Николай Михайлович, с какой целью государство в лице «Рособоронэкспорта» взяло на себя функции кризисного управляющего на заводе АвтоВАЗ?

— Мы и с другими предприятиями работаем в этом направлении. И часть акций предприятий покупаем. Цель одна — помочь предприятию экономически в становлении. Вот одна цель. Для нас, по крайней мере. Улучшению экономической ситуации на заводе будут способствовать, в частности, гарантии «Рособоронэкспорта» при предоставлении предприятию кредитов. Помогаем экономически, будем помогать в дальнейшем и при продвижении продукции.

— Какие задачи ставит руководство «Рособоронэкспорта» на период работы оружейных выставок?

— Это, прежде всего, совершенствование военно-технического сотрудничества, поиск новых партнеров для совместного производства, совместной паспортизации образцов вооружения и ряд других важных моментов. В частности, в ходе «Eurosatory2006» проведены переговоры с европейскими компаниями по реализации совместных проектов в интересах третьих государств. Это особенно важно в связи с продолжением перевооружения принятых в альянс стран Центральной и Восточной Европы.

Тематическое содержание российских стендов на выставке, а также встречи и переговоры российской делегации были направлены на укрепление военно-технического сотрудничества России со странами Евросоюза и НАТО. В том числе — в области совместных и заказных научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, создания перспективных и модернизации находящихся в эксплуатации систем вооружения.

— Затрагивается ли на выставках тема контрафактного производства российского оружия, она в последнее время становится все более актуальной? Какие страны наиболее часто грешат этим?

— Вопрос, действительно, злободневный. Мы уделяем ему все больше внимания. К выдерживающие никакой конкуренции с настоящими автоматами этой марки: и ствол не держит заявленное количество выстрелов, и обслуживание некачественное, как и сталь, из которой изготавливаются детали.

Грешат производством контрафактной продукции и некоторые страны бывшего Советского Союза. Соответствующие лицензии, которые выдавались на определенное время, закончились практически у всех стран бывшего Варшавского Договора, но в некоторых из них до сих пор выпускаются разработанные в России боеприпасы, другое вооружение. Мы за этим делом следим, и тема эта затрагивается на всех выставках, где участвует «Рособоронэкспорт».

Прежде, чем выпускать оружие, надо получить лицензию. Или разрешение страны, конструктора, завода. Без них такого рода деятельность абсолютно незаконна. Сейчас в Государственной Думе России готовится закон, который позволит ужесточить ответственность зарубежных стран за нелицензионное изготовление оружия российского производства. Пока что таких недоброкачественных производителей «Рособоронэкспорт» уличает, публикует информацию в СМИ, оповещая специалистов и общественность о подделках. На данном этапе самое главное — разоблачить страну, которая занимается такой противоправной деятельностью. Во-вторых — обратиться к этой стране, заводу, предупредить о том, что в случае повторения подобного мы будем принимать меры. Появится закон — станем действовать более жестко, в том числе обращаться в специальные органы — судебные и другие — для решения спорных вопросов, связанных с контрафактом.

Модернизацию оружия советского или российского производства также можно делать только с разрешения России. Это тоже очень важно понять всем. Без конструктора, без лицензии модернизацию проводить нельзя, поскольку зачастую это ведет к снижению качества этого вооружения, утрате боевых свойств. Например, в ЮАР боевую машину пехоты БМП-3, разработанную в России, оснастили тяжелым кондиционером. В результате установки его на корму БМП потеряла плавучесть. Потом коллеги разобрались, что неправильно сделали, а мы сейчас все это подправляем.

— Какова сегодня стратегическая задача «Рособоронэкспорта»?

— На данном этапе наша стратегическая задача — не снизить продажу оружия и тем самым обеспечить прибыль заводам, разработку новых перспективных образцов, сохранить рабочие места, ведь мы работаем на государство.

Подготовил Сергей НАДЕЖДИН

Фото Игоря КОЛУПАЕВА

Обсудить статью на форуме